Мемориальные предметы писателей и композиторов хранятся в столичных музеях

Мемориальные предметы писателей и композиторов хранятся в музеях Москвы, сообщается на официальном сайте мэра столицы.

«В городских музеях, подведомственных столичному департаменту культуры, хранятся мемориальные предметы, принадлежавшие писателям, композиторам и членам их семей. Они любили модные наряды, с увлечением играли в шахматы, иногда им, например, требовались очки», — говорится в сообщении.

Принадлежавшее Марине Цветаевой сизое платье поступило в музей от ее сестры Анастасии. Его немного перешивали: уменьшали размер, переделывали ворот — с квадратного на треугольный.

Предположительно, об этом платье идет речь в воспоминаниях дочери Марины Цветаевой Ариадны Эфрон, описывающей поход в KaDeWe с Любовью Михайловной Эренбург-Козинцевой летом 1922 года: «Марина купила… под категорическим нажимом Любви Михайловны, платье себе, совсем уж простенькое "бауэрнклайд"; крестьянский этот, ситцевый фасон с обтянутым лифом и сборчатой юбкой она любила и носила всю жизнь, каждое лето этой жизни».

В музейной витрине под стеклом лежит обычное гусиное перо — серое, чуть потрепанное, с обломанным кончиком. Но подпись «Перо, взятое со стола Пушкина после его смерти» оживляет целую эпоху. Эпоху, когда для создания бессмертных строк нужны были всего лишь перо, бумага, орешковые чернила и сургуч с шелковыми нитками для переплета.

После смерти Александра Сергеевича на его письменном столе осталось лежать маленькое гусиное перышко. Кто‑то из близких сохранил его. Перо прикрепили к листу бумаги и сделали надпись: «Перо, взятое со стола Пушкина после его смерти». Сегодня это не просто музейный экспонат, а молчаливый свидетель творческого процесса великого поэта.

Мемориальная квартира А.С. Пушкина на Арбате позволяет погрузиться в атмосферу жизни поэта и его семьи, увидеть предметы, которые окружали их в повседневной жизни. В зале «Будуар» — покоях хозяйки дома Натальи Гончаровой — на овальном столике перед небольшим диваном находится шахматная доска с фигурами.

Наталья Николаевна серьезно увлекалась игрой, и ее навыки были достаточно высоки — по некоторым свидетельствам, она считалась лучшей шахматисткой Петербурга. Играть Наталья Николаевна научилась благодаря своему деду. Александр Пушкин, который сам был увлеченным шахматистом, поддерживал интерес жены и поощрял обучение. В 1832 году он писал ей из Москвы: «Благодарю, душа моя, что в шахматы учишься. Это непременно нужно во всяком благоустроенном семействе. Докажу позже».

Существует легенда о том, как Наталья Николаевна победила иностранного шахматиста, славившегося большим мастерством. Когда он проиграл, графиня Разумовская с улыбкой сказала ему: «Вот какие наши русские женщины!»

Как костюм может рассказать историю? На выставке «Черный человек. Исповедь поэта», помимо фондовых предметов, представлен костюм «Сергей Есенин», отражающий жизнь поэта.

Современный российский дизайнер использовал лен, символизирующий крестьянское происхождение поэта, и хлопок высокоплотного плетения, визуально и тактильно отсылающий к бумаге. Ткань состарена ручным окрашиванием, сорочка с петельно-драпированной отделкой, подобной расшивке дворянских нарядов, метафорически отсылает к высшему обществу, в которое попал поэт, оставшись при этом истинным выходцем из простого народа. Мрак, которым была окутана душа Есенина в последние годы жизни, отражается в черной льняной основе рубашки, подпоясанной шнуром. Так же была подпоясана косоворотка, в которой выступал Есенин в первые годы жизни в Москве и Петрограде.

Пиджак силуэта «фрак наоборот» изнутри отделан состаренным бумажным хлопком. Сильно отогнутые карманы добавлены как элемент легкого «хулиганства», присущего Есенину. Под прямым лацканом скрыт внутренний слой с символическим изображением духовного наследия поэта — рукописями и газетными статьями. Этот костюм не иллюстрирует биографию Сергея Есенина — он собирает ее в образ, где внешний слой неизбежно связан с внутренним. Материалы, фактуры и детали работают как язык, на котором проговаривается двойственность: между происхождением и признанием, светом и надломом, словом и молчанием.

В Доме-музее С.А. Есенина представлена рубашка-косоворотка, принадлежавшая поэту и датируемая первой четвертью XX века. Она частично послужила источником вдохновения для создания костюма «Сергей Есенин». Музей получил ее вместе с архивом сына поэта, Константина Есенина. Форма и покрой рубашки демонстрируют простоту и свободу, которые поэт воплощал в своем творчестве. К 30-летию музея ее представили в экспозиции мемориальной комнаты в Большом Строченовском пер.

Экспозицию дополняет белое полотенце с вышивкой, принадлежавшее сестре поэта, Екатерине Есениной. Помимо этого, посетители могут увидеть чернильницу из дома, где поэт жил с последней супругой – Софьей Андреевной Толстой-Есениной, внучкой Льва Толстого. Наряду с полотенцем и зеркалом, в комнате представлено карманное зеркало Сергея Есенина — скромная, но выразительная деталь его повседневной жизни.

В Мемориальном музее А.Н. Скрябина представлено знаменитое зеркало. В начале прошлого столетия оно украшало прихожую квартиры композитора, где собирались выдающиеся музыканты, поэты и художники Серебряного века. С зеркалом связано множество легенд: говорят, что в его отражении можно уловить отблеск гениальности самого Скрябина.

Теперь каждый посетитель может вновь увидеть себя в полный рост, глядя в этот мистический предмет, который был свидетелем творческих озарений и всех тайн личной жизни выдающегося композитора.

Мемориальные кабинеты — особая музейная идея и концепция, максимально полно отражающая процесс творчества. В Музее сословий России можно увидеть мемориальный кабинет всемирно известного художника Ильи Глазунова.

В один из своих последних визитов в галерею в мае 2017 года Илья Сергеевич сделал набросок собственного кабинета, передав в фонды музея предметы из обстановки дома и мастерской. Предчувствуя скорый уход из жизни, концепцию экспозиции художник доверил жене и музе — Инессе Орловой-Глазуновой.

Обстановка кабинета свидетельствует об утонченном вкусе художника и собирателя, ценителя и знатока русского и европейского искусства. Он наполнен вещами, хранящими память об Илье Глазунове: здесь можно увидеть его первый этюд, живопись и гравюры, мебель, книги, которые он любил, блокнот с зарисовками и эскизами знаменитых произведений, палитру художника.

О детстве напоминает небольшой книжный шкаф красного дерева из ленинградской квартиры родителей – Ольги Константиновны и Сергея Федоровича, трагически погибших от голода во время блокады Ленинграда. На снимках 1938 года маленький Илья запечатлен около этого шкафа счастливым ребенком. Всю жизнь художник бережно хранил шкафчик, оставшийся едва ли не единственным напоминанием о довоенном детстве.

Некоторые предметы в кабинете происходят из коллекции дяди художника Михаила Глазунова, академика медицины и коллекционера, который вывез 11-летнего Илью из блокадного Ленинграда в новгородскую деревню Гребло. Среди этих вещей большие английские напольные часы — их бой Илья Глазунов слышал еще до войны в квартире дяди на набережной Кутузова в Ленинграде.

В пространстве кабинета можно увидеть кресло и письменный стол Ильи Глазунова, за которым он работал. Над столом висела гравюра с изображением Валаамского монастыря, на стенах — панорамы Санкт-Петербурга и окрестных дворцов. Илья Сергеевич с гордостью вспоминал о предках, которые 200 лет жили в Санкт-Петербурге.

В Государственном музее В.В. Маяковского хранится куртка поэта, переданная в 1948 году его музой Лилей Брик. Прямая двубортная куртка с брезентовым верхом, бежевым меховым воротником, поясом на металлической пряжке и четырьмя карманами внутри отделана желтым овечьим мехом. Внутри на левой поле пришит кусочек черной ткани с названием изготовителя (Guiterman Bros. Inc. St. Paul. USA. Town & Country). Компания была основана в 1883 году, ее расцвет пришелся на 1910-е. Фирма выпускала мужскую одежду, удобную при всякой погоде.

Коллекция Музея К.Г. Паустовского – самое крупное собрание, хранящее ценнейшие предметы эпистолярного и мемориального наследия писателя. В фондах есть личные вещи Паустовского, переданные в разные годы близкими людьми. Один из необычных экспонатов — бинокулярные очки писателя. Их Константину Паустовскому в 1950-е годы подарила Лидия Делекторская, помощница и модель французского художника Анри Матисса.